46. Время, когда я исполняла долг по приему
После того как я начала верить в Бога, я служила лидером и работником в церкви, а позже стала исполнять долг по работе над текстами. Оба этих вида долга мне очень нравились, я чувствовала, что они выполняются людьми с уровнем, и всякий раз, когда я о них упоминала, это звучало впечатляюще и внушало уважение, вызывая у людей зависть. Особенно в конце 2016 года, когда меня повысили, чтобы я исполняла долг в редакторской группе Божьего дома, мне стало казаться еще сильнее, что у меня хороший уровень и есть литературный талант, и что я подхожу для этой работы. В августе 2020 года меня отстранили, так как я не могла гармонично сотрудничать с другими и была неэффективна в выполнении своего долга. Так сложилось, что в то время у нескольких работников над текстами не было подходящей принимающей семьи, поэтому лидеры организовали, чтобы я их принимала, пока буду размышлять над собой. Услышав, что меня попросили заняться приемом, в душе я немного расстроилась. «Долг по приему — это просто физический труд, долг, выполняемый людьми с низким уровнем и отсутствием сильных сторон. Как бы то ни было, я несколько лет исполняла долг по работе над текстами, у меня есть некоторый уровень и сильные стороны. Даже если бы мой долг был переназначен, меня никогда не попросили бы выполнять долг по приему!» Но, к моему удивлению, лидеры назначили мне именно долг по приему! В тот момент я в душе не хотела соглашаться, но размышляла, что уже задержала работу тем, что в последнее время не добилась результатов в выполнении долга по работе над текстами. Божий дом не стал привлекать меня к ответственности и все равно позволил мне исполнять долг по приему — это уже была Божья благодать. Неразумно быть разборчивой, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как на время покориться. Первые две недели я каждый день вовремя готовила еду и убирала в комнатах, а затем проводила свои духовные размышления и читала Божьи слова. Мне казалось, что исполнять долг таким образом тоже неплохо. Однако постепенно, видя, что сестры каждый день сидят за компьютерами и исполняют свой долг, в то время как я вожусь с кастрюлями и сковородками, проводя дни, облачившись в фартук, вооружившись шваброй и мусорным ведром, я стала чувствовать в сердце нарастающую обиду. Я думала про себя: «Долг по приему — это физический труд: любой брат или сестра, умеющие готовить, могут его выполнять, и для этого не требуется ни уровня, ни сильных сторон. С другой стороны, выполнение долга по работе над текстами — это труд умственный, и между ним и долгом по приему, связанным с физической работой, существует явное различие в уровне!» Чем больше я так думала, тем сильнее противилась долгу по приему.
Однажды сестра Чэнь попросила меня помочь вынести мусор, и я тут же залилась краской, ощутив себя служанкой. Мне еще сильнее стало казаться, что исполнять долг по приему — значит быть ниже других. Иногда сестры звали меня на собрания, но поскольку мне казалось, что я ниже их из-за того, что выполняю долг по приему, я не смела открыто говорить о своем состоянии во время бесед на собраниях. Я сильно мучилась. Я вспомнила, как в те годы, когда я выполняла долг по работе над текстами, мои братья и сестры смотрели на меня с уважением и завидовали мне, где бы я ни появлялась. Теперь же я занималась приемом, и на меня больше никто не смотрел с уважением. Чем больше я так думала, тем более бессмысленным мне казалось выполнение долга по приему. Я даже подумала: «Чем заниматься здесь приемом, лучше уж вернуться в свою местную церковь. Может, я все же смогу исполнять там долг по работе над текстами, и братья и сестры тоже будут смотреть на меня с уважением и мне завидовать». Однажды ко мне домой пришла куратор. Она поздоровалась со мной и прошла прямо в комнату сестер. В тот момент, когда она закрыла за собой дверь, я внезапно почувствовала себя чужой, ощущая, что я им не ровня. Мои сестры исполняли долг по работе над текстами; их статус и уровень были выше моего, и другие их ценили, а я всего лишь исполняла неприметный физический долг, будучи ниже их. Этот резкий контраст разрывал мне сердце, и боль была неописуемой. После собрания куратор ушла в спешке, не спросив меня о моем состоянии в последнее время. Я знала, что она занята работой, поэтому было нормально, что она не спросила, но в душе я все равно чувствовала себя довольно подавленной. Я вспомнила, как раньше, когда я выполняла долг по работе над текстами, куратор время от времени интересовалась моим состоянием, беседовала с нами об истине, чтобы решить наши проблемы, и даже советовалась со мной по некоторым вопросам. Но теперь я была всего лишь хозяйкой принимающего дома, и на меня больше никто не обращал внимания. Сколько бы я ни делала и как бы хорошо я это ни делала, никто этого не знал. Неужели мне придется так провести остаток своих дней? От таких мыслей я сильно мучилась и еще острее чувствовала, что долг по приему и долг по работе над текстами — это вещи разного уровня. Я стала еще сильнее противиться долгу по приему. Позже я не так активно готовила еду. Когда у меня было хорошее настроение, я готовила вовремя, а когда плохое — нет. Я также не убиралась столь тщательно и при любой возможности халтурила. Я была невнимательна во всем, что делала, и к концу дня чувствовала себя очень уставшей и опустошенной. Из-за своей невнимательности я даже не заметила, что сливная труба на кухне отсоединилась от главной канализационной линии, в результате чего сточные воды попадали прямо на пол и просачивались в дом соседей снизу. Они несколько раз приходили к нашей двери. Поскольку большой красный дракон повсюду разыскивал верующих и предлагал вознаграждение за доносы, каждый раз, когда кто-то приходил, сестрам приходилось быстро прятать свои компьютеры и прекращать работу, что задерживало их в исполнении долга. В то время я каждый день была вялой, и испытывала сильные душевные муки.
Однажды утром, когда я готовила, прилетел белый голубь и сел на кухонный подоконник. Его перья были чисто-белыми, он стоял, гордо выпятив грудь и высоко подняв голову, и смотрел на меня своими черными глазками-бусинками. Через мгновение он вспорхнул и улетел. Волна опустошения накрыла мое сердце. Даже птица жила свободнее и счастливее меня. Невольно на глаза навернулись слезы. Именно тогда я вспомнила отрывок из Божьих слов: «Я с удовольствием наблюдаю за летающими в небе птичками. Хотя они и не утверждали свою решимость предо Мной, и у них нет слов, чтобы „предоставить“ их Мне, они находят радость в мире, который Я им дал. Человек, однако, неспособен к этому, и его лицо исполнено уныния — может, Я перед ним в неоплатном долгу? Почему у него вечно заплаканное лицо?» (Слово, том I. Божье явление и работа. Божьи слова ко всей вселенной, глава 34). Слова Божьи поразили меня в самое сердце, заставив устыдиться и смутиться. Птица принимает мир, данный ей Богом, как свой рай и живет без забот, способная в своей короткой жизни проявлять Божью славу. Хотя я также была сотворенным существом, я не смогла покориться Божьему владычеству и обустройствам. Куратор назначила мне долг по приему в соответствии с моей реальной ситуацией и потребностями работы. Это было полезно и для меня, и для работы церкви, но я все это время чувствовала противление, считая, что долг по приему не дает шанса выделиться или быть замеченной, что меня не будут ценить или смотреть на меня с уважением. Поэтому я была небрежной и безответственной, не могла должным образом поддерживать окружающую обстановку и мешала своим сестрам выполнять их долг. Я действительно слишком бунтовала против Бога! Со слезами на глазах я опустилась на колени и взмолилась: «О Боже, Все это время я восставала против Тебя и сильно противилась долгу по приему. Мне постоянно кажется, что, исполняя этот долг, я ниже других, и никак не могу покориться в своем сердце. О Боже, я не хочу так относиться к своему долгу, но не могу сама исправиться. Прошу, наставь меня, чтобы я поняла Твои намерения и смогла покориться Тебе».
Во время своих духовных размышлений я прочитала отрывок из Божьих слов. Всемогущий Бог говорит: «Каков бы ни был твой долг, не делай различий между высоким и низким. Предположим, ты говоришь: „Хотя это задание является поручением от Бога и работой в Божьем доме, если я буду этим заниматься, люди могут смотреть на меня свысока. Другим достается работа, которая позволяет им выделиться. А мне поручили задание, которое не позволяет выделиться, но при этом заставляет меня выкладываться по полной не на виду у всех, — это несправедливо! Я не буду исполнять этот долг. Мой долг должен быть таким, чтобы я выделялся на фоне остальных и сделал себе имя — и даже если я не сделаю себе имени или не выделюсь, я все равно должен извлечь из этого выгоду и не очень напрягаться физически“. Приемлемо ли такое отношение? Быть разборчивым — это значит не принимать вещи от Бога; это значит делать выбор в соответствии с собственными предпочтениями. Это неприятие своего долга; это отказ от своего долга, проявление бунтарства против Бога. К такой разборчивости примешиваются твои индивидуальные предпочтения и желания. Когда ты заботишься о собственной выгоде, репутации и так далее, то твое отношение к долгу не является покорным. Каким должно быть твое отношение к своему долгу? Во-первых, ты не должен анализировать его или пытаться разобраться, кто поручил его тебе; вместо этого ты должен принять его от Бога как Божье поручение и как свой долг, ты должен подчиниться Божьему планированию и обустройствам и принять свой долг от Бога. Во-вторых, не делай различий между высоким и низким, и тебя не должна волновать природа долга — позволяет он тебе выделиться или нет, совершается ли он на виду у всех или в тени. Не рассматривай это. Есть еще и другое отношение: покорность и активное сотрудничество» (Слово, том III. Беседы Христа последних дней. Что представляет собой соответствующее стандартам исполнение долга?). Раздумывая над Божьими словами, я почувствовала, словно луч света внезапно пронзил мое сердце, так долго пребывавшее во тьме. Бог требует, чтобы у людей был правильный взгляд и отношение к своему долгу, чтобы они могли принимать его от Бога, какой бы долг ни исполняли, а не действовали согласно собственным предпочтениям, и чтобы они могли принимать его, покоряться и быть преданными ему. Относиться к своему долгу согласно своим предпочтениям, принимать его, когда он ставит тебя в центр внимания, и противиться, когда нет, — это отказ от своего долга; это бунт против Бога. Я размышляла о своем отношении к долгу. Я всегда была разборчива и выбирала, исходя из своих предпочтений, и во мне не было ни капли покорности. Я считала, что, будучи лидером, работником или исполняя долг по работе над текстами, я заслужу уважение и признание других и обрету престиж, поэтому с радостью соглашалась. Теперь же мне назначили долг по приему. Поскольку я считала, что это физический труд, служение другим, низшая работа, и что, как бы хорошо я ее ни делала, я не смогу выделиться или заслужить уважение и признание других, мне казалось, что это унизительно и постыдно, и я просто не могла покориться. Когда сестра попросила меня помочь вынести мусор, я подумала, что она мной командует. Когда я собиралась с сестрами, я тоже чувствовала себя ниже их и не хотела участвовать. Я даже жалела, что исполняю долг по приему. Я думала о том, что я всего лишь крошечное сотворенное существо, без какого-либо намека на статус. Куратор обустроила для меня исполнение долга по приему, и разумно было бы принять это от Бога и покориться, но я была разборчива и выбирала, исходя из своих предпочтений, всем сердцем желая исполнять долг по работе над текстами, чтобы заслужить уважение других, и я противилась долгу по приему и относилась к нему небрежно. Мне действительно не хватало совести и разума. Как я могла не вызывать у Бога отвращения и ненависти? Сегодня я погрузилась во тьму и жила в невыносимой боли. Все это было потому, что я слишком заботилась о собственном лице и статусе и не покорялась Богу. Только тогда я поняла, что в том, что лидер обустроила для меня долг по приему, заключались кропотливые намерения Бога. Это было сделано для того, чтобы выявить мой развращенный характер и подрезать мое желание иметь статус, побудить меня к размышлению и познанию себя и к истинному покаянию и преображению. Этот долг был действительно тем, что мне было необходимо, и он был полезен для моей жизни-вхождения. Я не могла больше восставать против Бога. Я лишь желала покориться Божьему планированию и обустройствам и хорошо исполнять свой долг, чтобы утешить Божье сердце!
В то время я часто задумывалась над отрывком из Божьих слов: «Вся жизнь людей находится в руках Божьих, и не будь их решимости пред Богом, кто пожелал бы жить тщетно в этом пустом мире людей? Чего ради утруждать себя? Если люди не будут ничего делать для Бога, врываясь в мир и убегая от него, разве не будет вся их жизнь прожита впустую? Даже если Бог не сочтет твои действия достойными упоминания, разве не будет у тебя в минуту смерти на лице довольной улыбки? Ты должен стремиться к положительному прогрессу, а не к отрицательному регрессу — разве это не лучшая практика?» (Слово, том I. Божье явление и работа. Толкования тайн в «Божьих словах ко всей вселенной», глава 39). Раздумывая над Божьими словами, я чувствовала огромное воодушевление. То, что я могу исполнять свой долг в период, когда Бог стал плотью, чтобы совершать работу в последние дни, — это самое значимое из всего. Какой бы долг я ни исполняла, главное — иметь правильные намерения, занимать свое надлежащее место перед Богом, не быть разбочивой и не выбирать долг, исходя из своих предпочтений, а быть способной покоряться Богу и угождать Ему — вот что важнее всего. Чем больше я задумывалась над Божьими словами, тем больше была тронута ими, тем сильнее чувствовала себя обязанной Богу и тем сильнее ненавидела свой собственный бунт. Я была готова выполнять долг по приему. Впоследствии я каждый день вовремя готовила еду, поддерживала порядок в доме и убирала его, чтобы мои сестры чувствовали себя как дома. Практикуя так, я чувствовала, что мои отношения с Богом становятся ближе. Однако, поскольку у меня не было истинного знания своей природы-сущности, через некоторое время я снова стала жить в неправильном состоянии.
Однажды я случайно узнала, что одна сестра, которой, как и мне, переназначили долг по приему, начала выполнять долг, связанный с интернет-технологиями. В тот момент мое сердце пришло в смятение. «Другие исполняют долг по приему какое-то время, а затем им переназначают долг, так почему же куратор не меняет долг мне? Даже если бы мне разрешили вернуться в мою местную церковь для выполнения долга по работе над текстами, это было бы хорошо; по крайней мере, это звучало бы более солидно, чем выполнение долга по приему. А теперь я занята весь день, выполняя физическую и рутинную работу, и сколько бы усилий я ни прикладывала, никто не смотрит на меня с уважением. В этом нет никакого будущего. Может, мне поговорить с куратором и попросить ее переназначить мой долг?» Но потом я почувствовала, что это было бы неразумно. Я много раз думала об этом и даже во время приготовления пищи испытывала беспокойство. Однажды из-за своей рассеянности я приготовила слишком много лапши; сестрам понадобилось три приема пищи, чтобы ее доесть. Из-за этого я почувствовала себя совершенно униженной. Я даже готовить толком не умею — на что я еще способна? В душе я испытывала еще большую боль и негатив. Однажды я пошла на рынок за продуктами и встретила сестру Сяо, которая исполняла долг по общим делам. Когда я увидела, как она едет на велосипеде под палящим солнцем, с радостным выражением лица пробираясь сквозь толпу, я очень позавидовала. Потом я посмотрела на себя: целыми днями хожу с кислой миной, неспособная радоваться. Я стала невольно размышлять: «Мы обе исполняем в церкви долг по общим делам, так как же она может покоряться? Почему она такая радостная? Почему я никак не могу по-настоящему покориться?» В то время я постоянно задумывалась над этими вопросами, а также молилась Богу, прося Его наставить меня, чтобы я поняла истину в этом вопросе.
Во время своих духовных размышлений я прочитала Божьи слова. Всемогущий Бог говорит: «В своем стремлении вы питаете слишком много личных представлений, надежд и планов на будущее. Нынешняя работа заключается в подрезке вашего желания занять положение, а также ваших неуемных желаний. Надежды, статус, представления — все это классические отражения сатанинского характера... За многие годы мысли, на которые люди полагались в своем выживании, разъели их сердца настолько, что человек стал вероломным, трусливым и презренным. Ему не только недостает силы воли и решимости, но он также становится алчным, надменным и своенравным. Ему совершенно не хватает какой бы то ни было решимости, чтобы превзойти собственное „я“. Более того, у него нет ни капли мужества, чтобы сбросить с себя узы этих темных влияний. У людей мысли и жизнь настолько прогнившие, что их взгляды на веру в Бога все еще невыносимо чудовищны. И даже когда люди говорят о своих взглядах на веру в Бога, слышать это просто невыносимо. Все люди трусливы, бездарны, презренны и ранимы. Они не испытывают отвращения к силам тьмы, они не питают любви к свету и истине, а вместо этого всячески их изгоняют» (Слово, том I. Божье явление и работа. Почему ты не желаешь быть контрастом?). «Для антихриста статус, власть и престиж — это самые важные интересы и то, что для него равнозначно собственной жизни. Вот почему, когда антихриста отстраняют, когда он теряет звание лидера и лишается статуса, — а это значит, что он лишается власти и авторитета, что к нему больше не будут относиться с особым почтением, что его не будут поддерживать и на него не будут равняться, — антихрист, для которого статус и власть это сама жизнь, считает это абсолютно неприемлемым» (Слово, том IV. Разоблачение антихристов. Пункт двенадцатый. Если у них нет статуса или надежды обрести благословения, они хотят уйти). Сопоставляя себя со словами Бога, я размышляла о себе и только тогда увидела, что корень моей неспособности по-настоящему покориться долгу по приему заключался в том, что я жила согласно таким сатанинским ядам, как «Дереву нужна кора, а человеку — лицо», «Дикий гусь пролетит — останется крик, человек пройдет — останется имя», «Вода течет вниз, а человек стремится вверх», и «Те, кто работает головой, правят теми, кто работает руками». Все это было вызвано моим постоянным стремлением сохранить лицо и получить статус. Находясь под влиянием и воздействием этих сатанинских ядов, до того, как я поверила в Бога, я поставила перед собой цель в жизни поступить в университет и найти солидную работу, чтобы меня высоко ценили и уважали. Мне казалось, что только такая жизнь ценна и имеет смысл, и что если я буду заниматься физическим трудом, подчиняясь приказам и терпя то, что на меня смотрят свысока, то в жизни не будет цели. Однако по разным причинам я не поступила в хороший вуз и могла лишь заниматься сельским хозяйством дома. Я не хотела заниматься физическим трудом, поэтому нашла работу заместителя учителя в школе. Хотя зарплата была невысокой, работа была респектабельной. Уверовав в Бога, я продолжала жить согласно этим сатанинским ядам. Я разделила долг в Божьем доме на разные ранги, и мне нравилось выполнять только тот долг, благодаря которому я была в центре внимания и люди смотрели на меня с уважением. Я считала, что долг по приему — это физический труд и он ниже по рангу, поэтому хотела уклониться от него и отказаться. Меня контролировали эти сатанинские яды. Мое мировоззрение и ценности исказились, и в душе я была настроена на стремление к славе и статусу. Я ставила свою гордость и статус превыше всего, и когда не могла их обрести, мне казалось, что жизнь бессмысленна и очень мучительна. Я подумала о том, как во время исполнения долга по работе над текстами именно из-за моей постоянной погони за славой и статусом мое состояние всегда было плохим, я не могла гармонично сотрудничать с другими и была неэффективна в своем долге, в результате чего меня отстранили. Если я не избавлюсь от этого аспекта своего развращенного характера, то какой бы долг я ни исполняла, рано или поздно я потерплю неудачу и паду. Но я не размышляла над своей развращенностью и не избавлялась от нее и не думала о том, как хорошо исполнять долг по приему. В душе я была настроена на работу над текстами, чтобы удовлетворить свое желание славы и статуса, и я противилась, была небрежна и у меня не была преданности в том, как я относилась к долгу по приему. Я была особенно эгоистичной и низкой, поистине лишенной даже крупицы человечности и разума! Я подумала о том, как я оставила семью и карьеру, чтобы исполнять свой долг более десяти лет, и всего лишь одно переназначение долга выявило мой истинный духовный рост. Только тогда я увидела, что все, что я обычно говорила, было лишь словами и доктринами, без малейшей истины-реальности. Внезапно я почувствовала себя очень жалкой. Я подумала о том, как антихристы упрямо стремятся к славе и статусу, и со сколькими подрезками, отстранениями и переназначениями долга они ни сталкивались, они никогда не отказываются от своих амбиций и желаний; вместо этого они совершают много злых дел и в конечном счете Бог отсеивает их. Разве я не шла по их следам? Путь, которым я шла, был путем антихриста. Если я не встану на правильный путь, то в итоге Бог погнушается мной и отсеет меня!
Во время своих духовных размышлений я продожала думать: «Я не могу по-настоящему покориться долгу по приему. Какие еще ошибочные взгляды есть у меня внутри?» Я прочитала Божьи слова: «Перед истиной все равны. Те, кого продвигают и взращивают, ненамного лучше других. Все испытывают на себе Божью работу в течение примерно одного и того же времени. Те, кого не продвигали и не взращивали, также должны стремиться к истине в ходе исполнения своего долга. Никто не может лишить других права стремиться к истине. Некоторые люди более ревностны в своем стремлении к истине и обладают определенным уровнем, поэтому их продвигают и взращивают. Это обусловлено потребностями работы Божьего дома. Так почему в доме Божьем существуют подобные принципы продвижения и использования людей? Потому что уровень и моральные качества людей различны, и каждый человек выбирает свой путь, что приводит к разным результатам в вере людей в Бога. Те, кто стремится к истине, спасаются и становятся людьми Царства, в то время как те, кто вообще не принимает истину и не предан своему долгу, отсеиваются. Дом Божий взращивает и использует людей, исходя из того, стремятся ли они к истине и преданы ли своему долгу. Есть ли различие в иерархии различных людей в доме Божьем? На данный момент нет никакой иерархии должностей, ценности, статусов или званий различных людей. По крайней мере, в период, когда Бог работает, чтобы спасать и наставлять людей, нет никакого различия между людьми по положению, должности, ценности или статусу. Единственное различие — в разделении работы и в исполняемом долге. Конечно, в течение этого периода некоторых в виде исключения продвигают и взращивают, чтобы те выполняли какую-либо особую работу, в то время как у кого-то нет таких возможностей ввиду разных причин, таких как проблемы с их уровнем или обстановка в семье. Но разве Бог не спасает тех, кто не получил таких возможностей? Конечно, спасает. Разве их ценность и положение ниже, чем у других? Нет. Перед истиной все равны, у каждого есть возможность стремиться к истине и обрести ее, и Бог относится ко всем справедливо и разумно» (Слово, том V. Обязанности лидеров и работников. Обязанности лидеров и работников (5)). Прочитав Божьи слова, я поняла, что все равны перед Богом, все являются сотворенными существами, и нет различия в статусе и ранге в зависимости от того, какой долг человек исполняет. Быть лидером или выполнять долг по работе над текстами не означает иметь положение или статус выше, чем у других, а исполнять долг по приему или по общим делам не означает иметь положение или статус ниже. Долг каждого человека обустраивается в соответствии с его уровнем и сильными сторонами, а также с нуждами церковной работы. Исполняемый долг различается лишь по разделению труда; нет различия между высоким и низким статусом. Какой бы долг человек ни исполнял, Бог ценит то, стремится ли он к истине и обретает ли ее — вот что самое главное. Сопоставляя себя с Божьими словами, я увидела, что моя точка зрения была просто слишком нелепой. Я считала, что в Божьем доме все, кто служит лидерами и работниками, проповедует Евангелие или выполняет долг по работе над текстами, — это люди с уровнем и сильными сторонами, у них высокий статус и они выделяются среди других. А те, кто выполняет долг по приему или общим делам, просто выполняют физическую работу, и их статус и класс ниже. Из-за этой абсурдной точки зрения мне нравилось выполнять долг по работе над текстами, и когда меня попросили исполнять долг по приему, я почувствовала, словно меня сослали на задворки. Я был огорчена и растеряна, и мне было сложно покориться. Я не смотрела на вещи в соответствии с Божьими словами, а вместо этого рассматривала долг Божьего дома с точки зрения неверующих, разделяя его на разные ранги, и от всей души презирала долг по приему. Это было поистине абсурдно. Это была точка зрения маловера! Какой бы долг мы ни исполняли, Бог надеется, что мы сможем стремиться к истине во время его исполнения и научимся смотреть на людей и вещи, жить как человек и действовать полностью в соответствии с Божьими словами, с истиной в качестве нашего критерия. Я подумала об оступившихся лжелидерах и антихристах вокруг меня. Хотя они и были лидерами в церкви, из-за того, что они слепо гнались за статусом и не сосредотачивались на стремлении к истине, они совершили много дел, которые препятствовали и мешали работе церкви. Они до конца оставались нераскаявшимися и в итоге были отсеяны. В противоположность этому, некоторые братья и сестры, которые исполняли долг по общим делам или по приему, несмотря на отсутствие высокого статуса, смогли покориться обустройствам церкви и молча исполнять свой долг. Через некоторое время они смогли достичь некоторого прогресса в своей жизни-вхождении, а некоторые даже написали статьи-свидетельства об опыте. Я увидела, что какой бы долг человек ни исполнял, до тех пор, пока он стремится к истине и может покоряться Божьему планированию и обустройствам, у него будет Божье просвещение и наставление. Я думала о том, что верила в Бога столько лет, но когда мой долг был переназначен, я не рассматривала этот вопрос в соответствии с Божьими словами, а оценивала все исходя из собственных ошибочных взглядов. Я не могла добросовестно исполнять долг по приему и не проявляла к Богу никакой покорности. Если бы я продолжала в том же духе, не вернувшись на правильный путь, то в итоге тоже была бы отсеяна. Я должна была сосредоточиться на поиске и практике истины в своем долге и больше не могла бунтовать против Бога. После этого я часто молилась, читала Божьи слова и слушала гимны, и мои отношения с Богом стали намного ближе. Всякий раз, когда у меня возникали трудности, я открывалась и искала помощи у сестер. Они беседовали со мной и помогали мне, и я чувствовала, что и мои отношения с сестрами также стали ближе. Я также сосредоточилась на тренировке в том, как искать и практиковать истину в делах, которые возникали у меня, своевременно готовить еду, поддерживать чистоту в доме и хорошо выполнять работу по обеспечению безопасности и защиты, делая все возможное, чтобы обеспечить сестрам тихую, комфортную и безопасную обстановку для исполнения их долга. Иногда, закончив свой долг, сестры тоже помогали мне с уборкой, а когда видели, что я очень занята приготовлением пищи, они также активно предлагали свою помощь. Когда я изменила свою точку зрения, исправила свое отношение и покорилась, я почувствовала в сердце освобождение.
Однажды ко мне домой пришла куратор по работе с текстами, которую только что избрали. Я увидела, что это была сестра Чэнь, с которой я сотрудничала два года назад. Наряду с удивлением, я снова почувствовала волнение в сердце. «Сестру Чэнь в прошлом году тоже отстранили, и после периода размышлений она снова начала исполнять долг по работе над текстами, а на этот раз ее даже избрали куратором. А посмотрите на меня: после переназначения долга я все это время занимаюсь здесь приемом. Другие идут вверх, а я скатываюсь вниз. Никакого сравнения!» Когда я подумала об этом, мне снова показалось, что выполнение долга по приему является постыдным. В тот момент я поняла, что мое состояние неправильное, и быстро помолилась Богу, прося Его защитить мое сердце. После этого я прочитала Божьи слова: «В широком смысле, ты принимаешь участие в работе по Божьему плану управления, а говоря конкретнее, ты содействуешь в исполнении различных типов Божьих задач, требуемых в разное время и в среде разных групп людей. Независимо от того, в чем заключается твой долг, он является данным тебе Богом поручением. Иногда от тебя может потребоваться присмотреть за каким-нибудь важным предметом или обеспечить его сохранность. Это может быть сравнительно пустяковым делом, о котором можно всего лишь сказать, что это твоя обязанность; но это является данной тебе Богом задачей, ты принял ее от Него. Ты принял это из рук Божьих, и это — твой долг... В любом случае, поскольку она связана с Божьей работой и необходимостью работы по распространению Евангелия, люди должны воспринимать ее как долг перед Богом. Долг в еще более широком смысле — это миссия человека, поручение, возложенное на него Богом. Если конкретнее, это твоя обязанность, твое обязательство. Учитывая, что это твоя миссия, поручение, возложенное на тебя Богом, и твоя ответственность и обязательство, исполнение тобой долга не имеет ничего общего с твоими личными делами» (Слово, том III. Беседы Христа последних дней. Что представляет собой соответствующее стандартам исполнение долга?). Читая Божьи слова, я поняла, что возможность для людей исполнять свой долг — это Божья благодать и возвышение. Бог пришел на землю, чтобы совершить работу по спасению человечества. Это масштабная работа, и есть много видов долга, которые требуют сотрудничества между людьми, например, быть лидерами и работниками, проповедовать Евангелие, заниматься приемом и так далее. Каждый долг важен. Нет долга большого или маленького, важного или незначительного, благородного или низкого. Занимается ли человек умственным или физическим трудом, все это — исполнение своей обязанности перед Богом. Хотя, исполняя долг по приему, я не выделялась, возможность дать каждому спокойно исполнять свой долг — это тоже исполнение обязанности и долга сотворенного существа. В своем сердце я больше не противилась долгу по приему и мне больше не казалось, что это просто физический труд и что он является менее значимым. Исполняя свой долг, я также могла больше размышлять о своем состоянии и искать истину. Я чувствовала полное спокойствие в душе, выполняя свой долг таким образом.
Я никак не предполагала, что спустя некоторое время снова начну выполнять долг по работе над текстами. Те дни, когда я выполняла долг по приему, стали для меня ценным воспоминанием. Именно наставление Божьих слов позволило мне обрести проницательность в отношении моих ошибочных взглядов, стоящих за моим стремлением, и понять, что нет долга важного или незначительного, благородного или низкого. С каким бы долгом ты ни столкнулся, ты должен принять его и покориться. Способность стремиться к истине и предлагать свою преданность — вот что ценит Бог.
